pterozavtr (pterozavtr) wrote,
pterozavtr
pterozavtr

Миф против реальности

symbol_alchemy13В очередном потоке сознания от Дугина самое вкусное, как обычно, в самом конце. Но прежде чем разбирать этот текст, для начала скажу, почему вновь и вновь возвращаюсь именно к Александру Дугину. Эта фигура до пиар-компании Стрелкова особо не привлекала моего внимания, будучи всего лишь одним из голосов в пестром и аморфном патриотическом хоре. Но среди поющих осанну Стрелкову Дугин стал одним из главных запевал, что заставило далеко не только меня присмотреться к нему пристальнее. После разоблачения его фашистских симпатий многое стало на свои места. Другие анализировали биографию этого деятеля, его связи. Для меня было важнее присмотреться к его риторике, к тому, что в патетическом раже проповедника вольно или невольно он выбалтывает про себя сам. И вот этот, как бы подытоживающий, текст о Стрелкове стал для меня особо показательным, он во многом дает ответ на вопрос: "А что это, собственно, было-то"?

Эссе Дугина называется "Игорь Стрелков: имя русского мифа". Собственно, ответ дан уже здесь, но, чтобы прочувствовать вкус, недостаточно прочесть этикетку.

Вначале Дугин долго и цветисто говорит о действительно важной проблеме - о разрыве между принципами, убеждениями - и действиями. Можно было бы и подписаться почти под каждым горьким словом, но... дальше начинается странное.

"И вот появляется Стрелков. Русский. Строгий. Наивный и застенчивый. Идеалист. С принципами. В мирной жизни, наверняка, не затребованный и несколько неловкий. И идет на передовую Народной Войны. Идет сам. Тем самым он разрывает оковы бессилия, марево страха, угнетенность и депрессивность неспособности перевести идеалы в действие."

Простите, но разве ликвидация разрыва между идеалами и действиями началась со Стрелкова? Разве отпор, данный оранжевой угрозе на Поклонной, который давал в том числе и Дугин, за что ему большое спасибо, был пустой диванной болтовней или бессмысленным эксцессом? Или, по его мнению, это было чем-то "поставленным под кураторство правоохранительными органами или спецслужбами"? Ладно, "Суть времени", которая без выспренности и болтовни вот уже три года делает вполне конкретные дела, в сознании Дугина находится где-то сильно ниже плинтуса, но его-то собственное Евразийское движение было создано куда раньше! Что, это тоже была пустая болтовня при полном отсутствии Поступка - или же спецслужбистский проект? Интересное признание...

Но Бог с ними, с партиями, движениями и политиками. Неужели сопротивление бандеровцам на Донбассе началось со Стрелкова? Не было многотысячных митингов? Не было обычных людей, голыми руками останавливавших бронетехнику? Не было, в конце концов, тех из них, кто взял в руки оружие, чтобы защищать свою землю, свои семьи, свое право жить, как они считают нужным? Что, неужто правду говорит бандеровская пропаганда, и все, кто воюет на Юго-Востоке - это наемники, которым платят огромные тысячи? И только один Стрелков и его ближайшая команда - подлинные бескорыстные идеалисты, сумевшие преодолеть разрыв между идеалом и действием? Или неприятие фашизма и желание свободно жить на своей земле до идеалов не дотягивают, мелковаты?

Если Стрелков пришел "на передовую Народной войны", значит, ко времени его "пришествия" были уже и передовая, и Народная война. Считает ли Дугин тех, кто ее вел и ведет, "пробудившимися русскими людьми"? Как оказывается, все же в каком-то смысле считает:

"Все остальные не менее хороши, мужественны, и слегка нелепы как все русские, но Стрелков затронул что-то в нашей душе, в нашем национальном чувстве".

Это называется "и др."  Снисходительный кивок в сторону тех, кого не упомянуть было бы совершенно непристойно, да и неразумно. Дальше - больше:

"Он просто выполнял долг. Да. Но это не долг профессионала или человека, оказавшегося в сложной ситуации волей судеб. Это ЕГО долг. Это РУССКИЙ долг, оказавшийся весомее лени, безволия, страха, безразличия, скованности. В том-то и дело, что Стрелков все сделал САМ. Вот что важно: именно САМ. И через него мы тоже стали ближе к нам САМИМ. Мы увидели, что мы можем. Солдаты, которые воевали в Афганистане и Чечне, тоже были герои. Но шли они туда не сами. Они выполняли долг, имя которому Государство. А Стрелков выполнял долг, имя которому Идея. Русская Идея".

Говорение кэпслоком - это в Сети даже не симптом, а диагноз.  Но я не буду останавливаться на внешнем оформлении. а просто еще раз задам вопрос: что, все, кто воюет на Донбассе, рядовые местные  ополченцы и приехавшие со всего мира добровольцы - все они оказались в горниле войны не сами? Их кто-то послал? Государство? Но какое? Какое государство послало испанцев или сербов? А местные ребята и девчата, а также повидавшие жизнь люди с мозолистыми руками - их-то кто послал? Или они сплошь завербованные Кремлем агенты? Господин Дугин, что у вас со зрением?

"Стрелков выполнял долг, имя которому Идея. Русская Идея. И он пробил барьеры в нашей душе. Он нас раскрепостил. Стрелков что-то поправил в нас, подлечил. Мы думали, что такого уже никогда не будет - бесстрашного русского православного Воина, отправляющегося на Священную Войну по собственной воле. Но он отправился. И начал побеждать. И с каждым его успехом, с каждой сводкой побеждали мы. Побеждала Россия. "

Как странно. Вот лично для меня и для многих других символом русского пробуждения еще до начала гражданской войны на Донбассе стала искренняя радость тысяч россиян, приветствовавших возвращение Крыма, и решимость русских в Крыму вернуться домой. Можно сколько угодно болтать об административном ресурсе, организовавшем митинги по всей стране. Но до этих митингов были митинги в Крыму, временами превращавшиеся в жесткие стычки с антироссийски настроенной частью крымских татар, которых усиленно подогревали и натравливали на русских определенные силы. Те, кто пришел защищать парламент Крыма, эти тысячи русских людей, кем они были - сонными и непробужденными диванными воинами - а может, "вежливыми человечками"? Про митинги и массовое, сперва мирное, сопротивление на Донбассе уже было сказано. Именно это вселило в меня, да и в моих товарищей, надежду, что нечто сдвинулось, что начинается Настоящее. Потому что героические одиночки - это одно, в любом, самом сонном обществе всегда имеется небольшой процент так называемых "пассионариев". Их деяния, сколь угодно героические, заслуживают уважения, но мало о чем говорят. А вот если поднимаются массы...

Но все эти события, все эти подвиги обычных граждан, были явно недостаточны, чтобы "пробить барьеры в душе" господина Дугина и его единомышленников. Эти мощные шевеления народных масс для них, вероятно, слишком неэстетичны, чужды, да и пугающи. Но вот, перефразируя слова поэта: "Пришел Стрелков, они влюбились".

И тут начинается самое-самое:

"Дело вообще не в его политических убеждениях и даже не в достоинствах военачальника: дело глубже. Он стал нашим мифом. И больше он не принадлежит ни себе, ни службе, ни Государству, а только этому мифу, русскому мифу о том, какими мы когда-то были и какими, оказывается, мы снова в любой момент можем стать".

Вот так. Политические убеждения и профессиональные качества  "народного героя" - это сущие мелочи. "Герой" может быть (только к примеру) даже фашистом или полным бездарем. Он может служить Государству или способствовать его подрыву. Как человек он вообще ничего не значит. Это всего лишь оболочка, в которую вселился "русский миф", вдруг спикировав ему на маковку. Сам спикировал, по некой капризной причуде? Ой ли... По мне так этот "миф" старательно создавали. Кто-то, вероятно, очень испугался, что символом русского возрождения станет неказистый мужичок с автоматом, приклад которого обмотан медицинским жгутом. Простой шахтер, слесарь, бухгалтер или школьный учитель, который не смог продолжать заниматься своими обычными делами, узнав о зверствах фашистов. Кому-то это показалось очень опасным, а особенно то, что многие из этих людей сохранили добрую память о Советском Союзе и чихать хотели на образы "белого воина", "истинного русского", "Православного Витязя" и тому подобную трескучую ерунду. Хотя и православных среди этих людей немало, есть и священники. Об этих людях постоянно рассказывает телевидение "Сути времени", дает им слово.

Но творцам "русского мифа" эти современные живые люди, с их чувствами, надеждами, идеалами, не нужны. Им нужно совершенно другое. Что же именно? И об этом вполне откровенно говорит Дугин:

"Стрелков - это русское Средневековье. Потому что само Православие не может быть "современным", это будет пародия, симулякр. Оно может быть либо Античным, либо Средневековым. "Современность" - это вотчина антихриста. Поэтому Стрелков из бывшего. Но не того бывшего, что прошло и все, а то, что было по-настоящему и есть до сих пор, как ядро наших душ, как тайный центр русского самосознания".

С тем, что живая связь с историей, со славной древностью, с традициями и подвигами предков необходима, что она является источником силы и тем эталоном, которым мы должны мерить свою жизнь, вряд ли может спорить хоть один искренний патриот России. Да вот только Дугин говорит совсем про другое. Не про то, что в будущее нужно идти, опираясь в том числе и на русское Средневековье (хотя, почему только на него? Что, кроме Средневековья в России ничего славного больше не было? Но сам Стрелков вроде бы избрал любимой темой своих реконструкций гораздо более близкий к нам период!), а о том, что для того, чтобы очиститься, нужно, якобы, непременно вернуться в прошлое. Современность - вотчина антихриста, будущее темно и туманно. Настоящим, подлинным является только далекая старина.

В этом пространном тексте Дугин много говорит о пробуждении русского народа, но ни слова о его будущем или его исторической миссии в меняющемся современном мире. Будущее для Дугина, как, впрочем, для любого убежденного гностика, - в прошлом, в утраченном мифическом "золотом веке". Единственное движение, которое гностик согласен считать благим, это возвращение. Вновь окунуться в первозданный теплый океан мифа, раствориться в нем, отрастив жабры и забыв, что когда-то совершил ошибку, выбравшись на сушу и начав ходить по земле, или, чего доброго, еще и учиться летать...

Напомню, что в гностической картине мира обычные живые люди просто не существуют как значимые элементы. Это жалкие "гилики", "соматики", почти скотина. В лучшем случае - "психики", живущие порывами души, но лишенные истинного знания. Значение имеют лишь избранные просветленные герои, "пневматики", число которых по определению очень невелико. Именно на роль такого "избранного пробужденного Нео" (а "Матрица" - это весьма непростой и насквозь гностический фильм) и был поставлен Стрелков-Гиркин. И как раз в немалой степени из-за его увлечения реконструкторством - то есть, обращенности в прошлое.

То, что время для русского пробуждения пришло - несомненно. Все сходится так, что русский народ или пробудится и вернется к исполнению своей исторической миссии - или окончательно погибнет. Вопрос лишь в том, какого цвета будет русская весна - красного или черного. Черная весна, одержимость духом гностицизма и фашизма тоже означает гибель - либо физическое уничтожение народа в мировой войне, либо духовную смерть - растворение в глобальном Четвертом рейхе. Красная весна может быть только весной пробуждения народных масс, раскрепощением лучшего в каждом человеке, без деления на избранных героев и шевелящееся где-то внизу "быдло". Героями Красной весны всегда будут  "обычные" люди - зачастую совершенно нефотогеничные и лишенные всяческого наигранного пафоса. Такие же, какие дошагали огненными дорогами Великой Отечественной войны до Берлина, освободив от фашизма многие народы Европы. Только такие - настоящие, а не мифические - герои смогут - я верю! - окончательно раздавить фашистскую гадину.

России необходимо сделать правильный выбор. Время для него пришло - и потому такой яростной становится не только не только вооруженная борьба на Донбассе, но и война идей.


  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments